30.05

История викингов (часть 2)

0 461
Saga

Опубликовано: Saga


Цикл статей, посвященных устройству жизни викингов. Источник: Викинги. Мореплаватели, пираты и воины. – М.: "Эксмо", 2008. Перевод с англ. яз. А. Колина.

Еда и питье

Дома представляли собой центры, где протекала жизнь викинга и где дважды в день – рано утром и затем вечером – накрывали стол для трапезы. На заре рабы растапливали печи, подготавливая фронт работ для выпечки хлеба, что являлось первым делом дня. В длинных деревянных корытах месили тесто, из которого в глиняной печи или прямо на огне при помощи железных сковород с длинными рукоятями (по образу и подобию тех, что обнаружены среди предметов в Усеберге) пекли хлеб. Хотя народ позажиточнее предпочитал "белый" хлеб, большинство питалось ячменным, есть который приходилось еще теплым, поскольку пресный хлеб сильно твердел по мере остывания. Разумеется, хлеб обычно служил лишь одной из составляющих завтрака наряду с кашей, овсяными лепешками, молоком, холодным мясом, овощами и фруктами.

Когда наступала темнота, мужчины возвращались в дома для обеда, или главной трапезы дня. К тому времени из кухни богатого крестьянина приносили колбасу, рыбу, яйца, молоко, мясо, луковицы, грибы, сыр, яблоки, лесные орехи, землянику, ежевику и, если имелся в наличии, мед. Баранину, свинину, говядину, оленину или курятину варили или же жарили на вертелах и шампурах. Тушеное мясо или мясной отвар с кашей готовился в больших котлах из железа или мыльного камня, висевших над очагом на железных цепях, прикрепленных к потолочным балкам или же поддерживавшихся за счет железной треноги, как, скажем, в случае найденной в Усеберге подобного рода утвари. Пищу потребляли с зеленым луком, чесноком, редисом и самыми различными травами или же с солью, которую добывали путем выпаривания из морской воды над огнем.

Ели из деревянных чаш или плоских блюд руками или деревянными ложками, тогда как мясо брали ножом. В качестве напитков могло использоваться коровье или козье молоко, из него также делали масло и сыр, которые хранились в больших деревянных кадках. Эль, варившийся из солодового ячменя и хмеля, пользовался особым почетом у представителей всех классов; пили его из деревянных чаш или, как правило, из украшенных рогов, служивших кубками. Народ побогаче мог, однако, позволить себе побаловаться терпким пахучим медом, который наливали в стеклянные сосуды (здесь автор, конечно, заговаривается, хотя у короля, возможно, и был какой-нибудь необычный сосуд для питья, но скорее всего золотой и вряд ли стеклянный. – Прим. пер.) или в серебряные кубки.

Ферма

Ввиду различий в скандинавской топографии довольно сложно делать обобщения в отношении того, каким образом устраивался человек на земле и как существовал он на ней, черпая необходимые для жизни ресурсы. Далеко на севере и вдоль западного морского побережья Норвегии выживание зависело от рыбной ловли, охоты и владения обширными лугами для выпаса скота. В результате большинство фермерских хозяйств находились на большом удалении друг от друга. С другой стороны, в Дании и в южных областях Швеции не было недостатка в пахотной земле и в богатых пастбищах, а археологические раскопки дают нам основания считать, что в эру викингов там находилось и процветало множество крупных и мелких хозяйств. В некоторых случаях небольшие держатели собственности объединялись в целях лучшего достижения общих интересов и жили деревнями или селами.

Главная работа крестьянина начиналась весной, когда приходила пора приступать к пахоте, а затем и к севу. Наиболее примитивным инструментом для взрыхления почвы являлась соха, или "ард", главным рабочим узлом которой служил длинный кусок дерева обычно с укрепленным железом концом. Одно или два тягловых животных, запряженных в соху, обычно обеспечивали ей тягу, а сам хозяин или раб вели ее погруженной на определенную глубину в грунт. Поскольку такой рудиментарный метод позволял сделать лишь одну борозду, прежде чем начать сев, приходилось применять поперечное распахивание. Ближе к концу эры викингов соху, однако, сменил настоящий плуг, оснащенный железным ножом с отвалом, что обеспечивало возможность вести глубокие параллельные одна другой борозды, как показывают открытия, сделанные в Линдголм-Хёйе в Дании.

В конце лета все домашние брали в руки короткие косы и серпы, приступая к уборке зерновых, представленных ячменем, овсом, рожью и – в более южных районах – пшеницей. Затем злаки связывали в снопы и сушили на поле и после обмолота превращали в муку с помощью ручных мельниц. В число культивируемых овощей входили горох, лук, кресс-салат и кочанная капуста.

Летом крупный рогатый скот, овец и коз пасли на верхних пастбищах, сберегая нижние луга для того, чтобы использовать растущие на них травы для корма скота и лошадей в зимнюю пору. До наступления зимы всех слабых или нежизнеспособных животных обычно забивали на мясо, которое сохраняли за счет сушки, засаливания и копчения. Шкуры дубились и задействовались при изготовлении одежды и обуви. В самые суровые зимы лошадей и коров прятали в конюшни и коровники, тогда как овцы и козы считались достаточно выносливыми для того, чтобы пережить морозы на улице.

Хотя большинство хозяйств викингов – как обособленных, так и общинных – можно считать самодостаточными предприятиями, важная составляющая экономического благополучия крестьянина-собственника заключалась в наличии в его распоряжении товарных остатков, таких как скот, зерно, молочные продукты и шерсть, которые представлялось возможным продать на рынке в городе. Многие фермы располагались неподалеку от моря, что позволяло совершать коммерческие поездки по воде. По суше же путешествовали кто на чем мог – верхом и пешком. Лошадей использовали так же и как тягловых животных, запрягая их в телеги и сани, нет сомнения, похожие на те, что обнаружены в захоронении в Усеберге. Зимой люди пользовались санями и лыжами, были даже коньки, сделанные из костей животных.

Верования

Обычно викинги предпочитали обращаться к богам на открытом воздухе – в старинных культовых местах, в священных рощах или на островах, – хотя в отдельных случаях люди собирались в деревянных храмах, где находились резные идолы – фигуры различных божеств. Принесение в жертву богам животных, части урожая, а порой и людей являлось обычной практикой и совершалось по любому случаю: перед походом на войну, постройкой дома или отправкой в длительное путешествие.

Скандинавы рассматривали мир, в котором жили, как ровный диск, окруженный огромным океаном, где, окрутившись вокруг земли, обитал змей Йормунганд. Землю поддерживал гигантский ясень Юггдрасил, корни которого протянулись к промерзшим глубинам подземелья Хель и к населенному гигантами Йотунгейму, который лежал на дальнем краю океана, где кончался мир. Под корнями Юггдрасила располагался колодец судьбы и мудрости, где три Норны плели нити судеб. В центре земли цепями был прикован к скале алчущий волк Фенрир, огромная пасть которого раскрывалась, чтобы проглотить вселенную. Гигантский волк стремился избавиться от пут, а тролли и гиганты сговаривались восстать против богов, тогда как солнце и луна проходили по небосклону, неотступно преследуемые волками.

Человечество жило в царстве Мидгард под покровительством и защитой множества божеств, называемых Эсир и живших в Асгарде – в замке богов.

Первым и самым важным из пантеона являлся Один, "Всеобщий Отец" и бог королей, знания, постижения, магии и поэзии. Постоянными спутниками его выступали Хюгинн и Мюннин (Мысль и Память). В поисках познания и понимания Один принес огромные жертвы, в том числе отдал глаз. Из всех богов этого более других почитали и боялись.

Одина называли еще "шеломоносным" – богом войны. Держа в руке огромное копье Гунгнир, бог скакал по небу на могучем коне о восьми ногах, Слейпнире. Не мифологическими созданиями, ассоциируемыми с Одином, были волки и вороны, пожиравшие тела павших в битвах воинов. Каждый викинг-воин мечтал о геройской смерти на поле сражения, где бы он удостоился выбора яростных духов женского пола, известных как валькирии, которые уносили избранников в великий "Зал Павших", где царствовал Один, – в Вальгаллу (см. "Мотивации и психология" на стр. 116).

Следом за Одином по важности стоял его сын, Тор, рыжеволосый бог грома и молний, вооруженный молотом Мьоллнир (трактовка несколько своеобразная, хотя в некоторых традициях Тор, как видно, считался братом Одина. – Прим. пер.). Главная задача Тора состояла в том, чтобы защищать Асгард и Мидгард от злобных Гигантов Мороза и Огня, лелеявших мечту сокрушить и уничтожить богов. Добросердечный, горячий по натуре и невероятно сильный Тор считался вместе с тем несколько простодушным, что позволяло коварным врагам порой обманывать его. Этими-то качествами Тор и был особенно любезен как в частности норвежцам, так и в целом скандинавам, которые, несомненно, считали, что обладают теми же качествами и недостатками, что и Тор. Божество простых людей, Тор пользовался чрезвычайной популярностью, что видно по множеству найденных археологами талисманов и амулетов в форме его знаменитого молота. Имя его часто задействовалось в составных словах вроде Торсхаун, Торбурн, Торнесс и именах викингов: Торфинн, Торкил и Торгрим.

Отправляясь на поиски приключений, Тор частенько имел в попутчиках подчас не по-хорошему озорного бога Локи, который олицетворял силы, сеявшие хаос и смятение. Известный как "отец лжи", Локи подстроил гибель второго сына Одина, возлюбленного Бальдра, кроме того, его заговоры и проделки должны были, по мнению верующих, однажды привести к Рогнарёку (великой битве и гибели богов. – Прим. пер.) и к концу мира.

Как бы параллельно с Эсиром существовали Ванир, божественное племя, к которому принадлежали, в частности, Фрей и его сестра Фрейя, богиня земли и природы. Оба вышеназванных божества ассоциировались с плодородием, рождением детей, удовольствием и процветанием. За Фрея поднимали кубки в дни свадеб, а весной пахари искали его благословения перед севом.

Однако точно так же, как смертные люди, и боги тоже не вечны. Вначале Рогнарёка гиганты, действующие в союзе с Локи, двинутся на Асгард. Огромный волк Фенрир разорвет опутывающие его цепи, а змей Йормунганд, изрыгая яд, поднимется из пучины моря. Когда задрожит древо Юггдрасил, Хеймдал, страж Асгарда, затрубит в рог, и тогда боги вместе с героями в Валгалле облачатся для последней битвы. Первым погибнет Фреи, сраженный Огненным Гигантом,

Сюртом; Один пронзит копьем Фенрира, который затем пожрет Одина, но погибнет от рук его сына, Видара; Тор вступит в поединок со змеем Йормунгандом, и оба падут мертвыми. Также уничтожат друг друга Хеймдал и коварный Локи, звезды упадут с неба, солнце погаснет, землю поглотит морская пучина.

Между тем вследствие вселенской катастрофы воскреснет Балдр, сыновья Одина и Тора вместе со смертными мужчинами и женщинами увидят рождение нового миропорядка. С ним придет, возможно, и новый Всеобщий Отец, что некоторые интерпретируют как намек на наступление христианства.

Скандинавы любили слушать стихотворные сказания и легенды, привыкая внимать историям о подвигах богов с детства, что помогало им вырабатывать собственные стереотипы поведения в повседневной жизни. Рекомендации от самого Одина в том, что касалось поведения человека, запечатлелись в литературном памятнике "Хавамал" ("Откровениях Высшего"), причем они вполне годны и сегодня, несмотря на то что прошла уже тысяча лет:

Только глупец лежит всю ночь недреманный, думая и размышляя о кручинах его. С приходом утра он встанет разбитым, а беды его останутся с ним как были.

Не нужно подносить больших даров. Почтение можно купить дешево. Разломив буханку и наклонив бутыль, я приобрел спутника.

Не хвали дня до вечера, не называй жену доброй, пока не проводишь в последний путь, не славь меча до рубки, как и девы до брака, льда до того, как пройдешь его, а эля прежде того, как изопьешь чашу.

Скот умирает, родня уходит, и все мы окончим дни свои. Что одно не избудется, в чем уверен я – имя умершего доброе.

ВИКИНГИ В ИНЫХ ЗЕМЛЯХ

Викинги в Англии. IX-X столетия

После первых набегов викингов на Англию в самом конце VIII века последовал длительный период относительного затишья, конец которому положило событие, произошедшее почти 40 лет спустя, в 835 г., когда "Англосаксонская летопись" зафиксировала нападение: "язычники разграбили Шеппи". С того момента и до самого конца столетия едва ли находился год, когда бы "Летопись" не отмечала появления викингов на том или ином участке. Поначалу их экспедиции представляли собой не что иное, как грабительские рейды в летние месяцы, направленные на то, чтобы захватить добычу и рабов; попыток селиться скандинавы пока не делали. В 850/851 г., однако, наметились признаки изменения стратегии: "Летопись" говорит, что в тот год "безбожники впервые зимовали" на острове Тэйнет. В 855/856 г. войско викингов снова "осталось на всю зиму", но на сей раз на острове Шеппи; в 864/865 г. викинги снова провели зиму на Тэйнете; и вот в 865/866 г. "огромный флот язычников", пришедший с континента, зимовал в Восточной Англии (так называлось королевство на востоке Англии, существовавшее в VI-VIII веках; на его территории ныне находятся графства Норфолк и Суффолк. – Прим. пер.). На сей раз викинги решили обосноваться на новом месте.

Среди вожаков "огромного флота", посетившего Англию в 865 г., находилось и несколько сыновей прославленного датского короля Рагнара Лодброка (Волосатые Ляжки), который считался у северян настоящим примером истинного викинга. Сыновья, о которых идет речь, это Ивар Мягкотелый, Халфдан и Убби, или же Хубба, и "Рагнарова сага" утверждает, что нападение имело лишь одну цель – отомстить за смерть отца в 50-е годы IX столетия королю Нортумбрии Аэлле, который, как считалось, бросил взятого им в плен в сражении Рагнара в яму со змеями. Несмотря на то что Аэлла пришел к власти только в 866 г., тогда как Рагнар, судя по всему, пал в битве с королем норвежцев в Ирландии, факт остается фактом: проведя год в грабительских набегах на окрестные селения и собрав подкрепления на территории Восточной Англии, сыновья Рагнара атаковали Йорк, которым овладели в конце 867 г.; на следующий год они поймали самого Аэллу и придали его ритуальной смерти, после чего захватили большую часть Нортумбрии и Восточной Мерсии (868 г.). В 869 г. Ивар увел часть войска в Восточную Англию, где разгромил и взял в плен короля Эдмунда, которого казнил, как и Аэллу. (Хотя, возможно, Эдмунд нашел смерть от стрел, оба короля, по всей видимости, подверглись мучительной и отвратительной пытке "кровавого орла", при которой жертве вырубали часть ребер в спине, вытаскивали через огромные раны легкие, кровь пульсировала в них до тех пор, пока человек не умирал, и все зрелище напоминало трепещущие красные крылья на спине казнимого.) Затем Ивар исчез из повествования (он, по всей вероятности, ушел в Ирландию, захватил Дублин, где и умер, как считается, в 873 г.); Халфдан же сделался главным предводителем войска на завоеванной территории, став самой заметной фигурой из семи вождей викингов, согласно письменным источникам, участвовавших в битве под Ашдауном в 871 г., из которых шестеро (король и пять ярлов) пали на поле знаменитой победы англосаксов. Успех англичанам, однако, пришлось праздновать недолго: затем последовал целый ряд поражений под Бэйзингом, Миртуном, Рэдингом и Уилтоном, после которого королю Уэссекса Альфреду пришлось искать мира с захватчиками, не в последнюю очередь потому, что новая армия викингов, называемая "летним войском", прибыла с континента на усиление Халфдана и приняла участие в разгроме англосаксов под Уилтоном.

На протяжении следующих нескольких лет викинги постоянно занимались укреплением позиций на завоеванных территориях в восточных и северных областях Англии. На какое-то время они создали марионеточные королевства в Нортумбрии и Мерсии (во втором случае последний англосаксонский король бежал оттуда в 874 г.), после чего поделили эти королевства в 876 и 877 гг. Затем Халфдан решил пойти по стопам брата Ивара и отплыл в Ирландию, чтобы укрепиться в Дублинском королевстве, однако потерпел поражение и погиб в битве с норвежскими викингами под Странгфорд-Лоу (877 г.).

В результате всех этих событий некий Гутрум – он вместе с двумя другими королями по имени Ускютел и Анвенд возглавлял в 871 г. "летнюю армию" (к тому моменту базировавшуюся в Кембридже) – стал главным вожаком датских войск в Англии. В 878 г. Гутруму оставалось сделать крошечный, казалось, шажок, чтобы покончить с последним независимым саксонским королевством. Как рассказывает "Англосаксонская летопись":

...войско пришло тайно в середине лета... прошло через Уэссекс и заняло его, прогнав большую часть живущих там за море, а изрядное число тех, что остались, принудило покориться, кроме короля Альфреда. И он с малой дружиной с великой трудностью пробрался через леса в непроходимые места среди болот.

Поскольку Альфред оставался на свободе, не могло идти речи о постоянной и прочной оккупации территории викингами. Он наносил удары по захватчикам из крепости, которую построил в Этелни – "окруженный со всех сторон обширными болотистыми землями", непроходимыми иначе как на лодке, – и уже скоро, собрав людей в Сомерсете, Уилтшире и Гемпшире, разгромил Гутрума в сражении под Эдингтоном (Этандуном). В результате поражения Гутруму и прочим вождям викингов пришлось дать Альфреду заложников, принять христианство и убраться из Уэссекса.

Заключенный несколько позднее в 886 г. письменный договор между Альфредом и Гутрумом фактически узаконил датский ареал – Восточную Англию и "Пять городов" – Дерби, Лестер, Линкольн, Ноттингем и Стамфорд, – который спустя многие годы (к XI столетию) приобрел название Датского Закона (северо-восточные территории Англии, населенные оккупировавшими их скандинавами).

Свидетельства распространения скандинавских поселений в данном регионе до сих пор очевидны и навсегда остались в лексике как составные части географических названий, заканчивающихся на -thorpe (село), -thwaite (луг) и -by (ферма) (звучит в английском, соответственно, "торп", "туэйт" и "би". – Прим. пер.).

В тот же самый год в Англию явилось еще одно войско викингов, но после зимовки в Фулеме предпочло отбыть на континент, где бесчинствовало на протяжении еще целого десятилетия, оставляя после себя кровавый след погромов, убийств и грабежей. В 892 г., однако, потерпев годом раньше поражение от Арнульфа, короля Восточной Франкии, "великая армия" вернулась в Англию, привезя с собой из Булони коней. На протяжении нескольких лет по всему королевству Альфреда полыхали то тут, то там пожары спорадических столкновений и стычек. Но в 896 г. "армия викингов рассеялась: одни осели в Восточной Англии, другие – в Нортумбрии, те же, которым не досталось ничего, погрузились на ладьи и ушли на юг через море воевать на Сене". Тот факт, что отряд отщепенцев оставил Англию всего на пяти кораблях, а значит, состоял максимум из 350-400 чел., подтверждает мнение некоторых современных нам авторитетных специалистов о том, что так называемая "великая армия" достигала численно не более 1000 чел.; некоторые и вовсе оценивают ее как войско из 500 чел.

Даже после распада "великой армии" оседлые викинги из Восточной Англии и Нортумбрии продолжали жалить Уэссекс, нападая с моря и суши. Однако король Альфред, скончавшийся в 899 г., оставил наследникам значительные и хорошо организованные военные силы, причем как на воде, так и на земле, что позволило Эдуарду Старшему (899-925 гг.) и Ательстану (925-940 гг.) завоевать Датский Закон. Нортумбрия продержалась несколько дольше, отчасти из-за притока новой волны вторжения викингов – на сей раз норвежцев из Ирландии, которые захватили Йорк, отбив его у датчан в 919 г., и создали там собственные династии, признанные как скандинавскими колонистами, так и саксонским населением Нортумбрии. Время от времени они также правили норвежскими территориями в Ирландии, Западными и Оркнейскими островами, как и Пятью городами. Вместе с тем в 920 г. король Йорка Рогнволд признал сюзеренитет южных саксов, как и король Ситрик в 926 г.; в 927 г. Ательстан отправился маршем к Йорку, принудив сына и наследника Ситрика, Олафа, и его брата, Гутфрита, наставника и регента Олафа, убраться прочь оттуда. Однако сын Гутфрита, еще один Олаф, отбил у врага Йорк не позднее конца 939 г., а в следующем году получил путем договора и Пять городов. Как король Йорка, ему наследовал не столь доблестный кузен Олаф Ситрикссон (тот самый, которого изгнали в 927 г.), у него южные саксы сумели отнять Пять городов в результате решительной кампании 942 г.; сам Олаф потерял власть в 944 г.

Правда, Олаф вернулся по меньшей мере один раз – в 949-952 гг., между тем сомнительная честь остаться в истории в качестве последнего короля викингов в Йорке по праву принадлежит сыну короля Норвегии Харальда Прекрасноволо-сого, незабываемому Эрику Кровавому Топору, о котором говорили как о "самом знаменитом викинге из всех их". Он дважды правил в Нортумбрии – в 947-948 гг. и в 952-954 гг. "Англосаксонская летопись" лишь отмечает, что в 954 г. нортумбрийцы прогнали Эрика прочь и что с того момента король Эдред Английский завладел королевством; однако авторы более поздних исландских саг, пользующиеся написанной в Нортумбрии, но утерянной летописью X столетия, проливают более ясный свет на события. Согласно сагам, Эрик сошелся в битве под неким населенным пунктом Стэйнмор с "королем Олафом, данником короля Эдмунда [sic]":

[король Олаф] собрал бесчисленное множество людей, с коими он выступил против короля Эрика. Разыгралась страшная битва, в которой пали многие англосаксы, но на место каждого павшего вставали по трое из той округи; когда же пришел вечер, урон в людях обернулся к большему вреду для норманнов, у коих многие погибли. К концу того дня король Эрик и пятеро королей, что были с ним, пали. Троих из них звали Гутторм, Ивар и Харек [последний из поименованных один из сыновей Эрика], а других – Сигурд и Рагнволд [последний – один из братьев Эрика]; с ними нашли смерть и двое сыновей Тюрф-Эйнара [ярла Оркни], Арнкел и Эрленд.

Значительно более поздняя английская летопись, автор которой, возможно, пользовался тем же утерянным для нас источником, утверждает, что в действительности Эрик потерпел поражение и погиб от руки некоего Маккуса (Магнуca), сына Олафа, а не от самого Олафа, что вполне вероятно, поскольку войско его включало англичан, тогда как в сагах Олафа перепутали с Освульфом, саксонским эрлом Бэмбурга.

Как бы там ни было, Эрик потерпел поражение, и с ним кончилась история королевства викингов в Йорке. "С тех времен и до нынешних, – писал Иоанн Уоллингфордский, – Нортумбрия скорбит, не имея своего короля, и оплакивает свободу, коей некогда пользовалась".

Викинги в Ирландии. Сражение при Клонтарфе

Хотя и считается, что флот, устроивший набег на Гебридские острова и Северную Ирландию в 617 г., мог быть скандинавским, первое подтвержденное нападение викингов на Ирландию датируется 795 г., когда подвергся разграблению остров Ричренн (часто ассоциирующийся с островом Лэмби поблизости от Дублина, но более вероятно, являвшийся островом Рэтлин, что примерно в 8 км к северо-востоку от основной ирландской территории) и были захвачены два монастыря на западном берегу. Поначалу все действия выражались в простых набегах небольшими силами, однако после 830 г. они участились, а примерно в 840 г., с прибытием некоего Тургесия, или Тургейса – полулегендарного персонажа, который, если верить ирландским хронистам, сделался "королем чужаков в Эрине", – началась колонизация. Викинги впервые перезимовали у брода через реку Лиффи в 841-842 гг., в то время и вырос там форт – будущий замок Дублина. Прошло немного времени, прежде чем лагеря и заставы викингов появились во множестве мест на протяжении всего морского побережья Ирландии, а также и в глубине суши, где судоходные реки позволяли продвигаться на ладьях. Как наиболее крупные следует упомянуть Корк, Лимерик, Уотерфорд, Уэксфорд и Уиклоу (хотя большинство из перечисленных приобрели какую-то важность только в X столетии). За исключением краткого периода 902-919 гг., Дублин с момента основания представлял собой центр сосредоточения власти викингов в Ирландии, где правили самопровозглашенные короли.

Одним из неизбежных следствий появления в Ирландии общин викингов (преимущественно норвежского происхождения) стало вовлечение их в нестабильную политическую жизнь Ирландии, где множество королей маленьких королевств находились в состоянии почти постоянной войны друг с другом. Посему после середины IX века союзы между викингами и ирландцами стали вполне обычным явлением: так, викинги Дублина даже превратились в постоянных союзников королей Ленстера. Фактически последний альянс привел в 1014 г. к наиболее крупному столкновению в истории викингов и ирландцев, когда король Дублина поддержал Маэльмурду Ленстерского в его мятеже против верховного короля, Бриана Бору (может встречаться Брайен. – Прим. пер.). Речь, конечно же, идет о битве при Клонтарфе.

Бриан Бору, энергичный и честолюбивый вождь с большими претензиями, стал одним из очень немногих верховных королей средневекового периода, который хоть с какими-то основаниями имел право претендовать на звание не просто номинального, а пользующегося реальной властью короля Ирландии, что, естественно, не могло не поставить его в конфликтное положение по отношению к многочисленным и отчаянно отстаивающим независимость малым династиям. В самом конце X столетия, в заключительные месяцы 999 г., Маэльмурда Ленстерский и король Дублина Сигтрюгг Шелковобородый восстали против Бриана, который выступил навстречу им в предгорья Уиклоу и нанес сокрушительное поражение у Глен-Мама, при этом Маэльмурда избежал гибели или плена, только удачно спрятавшись в дупле в стволе тиса. Хотя впоследствии великодушный победитель восстановил Сигтрюгга в правах короля в его королевстве, унижение, испытанное им в сражении с Брианом, стало незаживающей раной, которую, если верить одному источнику, в 1012 г. беспардонно разбередил скорый на слова и решения сын Бриана, Мурхад. История представляет все следующим образом: Мурхад, проиграв партию в шахматы вследствие совета, который Маэльмурда подал его оппоненту, обругал короля Ленстера и заметил, что рекомендации того не всегда бывали столь полезны для тех, кому он их давал: "Какой дельный совет подал ты норвежцам, когда мы разметали их у Гленн-Мама!" Глубоко задетый, Маэльмурда отозвался: "Я снова дам им совет, но на сей раз исход будет другим", – на что Мурхад отпарировал: "Не забудь заготовить для себя тис!"

Оскорбленный Маэльмурда в злобе покинул двор Бриана, собрал вождей и подтолкнул к мятежу северных королей. К 1013 г. война полыхала уже во многих районах. Однако Мурхад вскоре обратил Маэльмурду в бегство, и вот на исходе лета тому пришлось искать спасения в укрепленном Дублине у Сигтрюгга. Там Мурхад и Бриан осаждали их до Рождества, когда войско Бриана из Манстера снялось с лагеря и рассеялось, чтобы зимовать дома. Стремясь как следует воспользоваться неожиданной передышкой, Сигтрюгг на корабле отправился на север, к викингам Западных островов, в надежде найти союзников. Если верить "Хроникам Иннисфалена", он в итоге получил войска от гайллов, или "иностранцев", со всего Западного мира. Разные записи позволяют сделать вывод о прибытии подкреплений викингов с Гебридских островов, из Кейтнесса Кинтайра, Аргайлла (т. е. из Шотландии. – Прим. пер.), Норвегии и – что уж и вовсе невероятно – из Франции, Фландрии, Фризии и даже из Руси. Несомненно, эрл Сигурд Сильный (или Храбрый. – Прим. пер.) из Оркни подал помощь Сигтрюггу, как поступил и некий Бродир из Мэна с 20 ладьями (хотя его товарищ Успак, располагавший десятью судами, встал на сторону Бриана).

Весной 1014 г. все эти силы собрались под Дублином, где ближе к концу апреля верховный король отважился дать им бой силами армии, численность которой оценивается в 20 000 чел., набранных в Манстере, в Миде (в Средних землях) и в Южном Коннахте (провинция Ирландии; может встречаться Коннаут или Коннот. – Прим. пер.). 23 апреля – в страстную пятницу – обе стороны построились для битвы на равнине возле Клонтарфа.

Предпринималось немало попыток установить диспозиции обеих армий, хотя ни одна из них не кажется совершенно убедительной. Однако ученые, в общем-то, сходятся на одном фундаментальном предположении, что викинги с их союзниками из Ленстера образовали пять или семь отрядов, встав слишком тонким строем в попытке прикрыть не только путь отхода к Дублину по мосту через Лиффи, но и стоявшие на якорях в гавани Дублина на противоположном крыле ладьи заморских викингов. Автор "Ньяловой саги" отводит Бродиру один фланг, а королю Сигтрюггу – другой, ставя эрла Сигурда в центре, однако не упоминает о Маэльмурде и его воинах из Ленстера, несмотря на тот факт, что те, по всей видимости, минимум вдвое превосходили викингов числом. Автор допускает ошибку в отношении роли Сигтрюгга в разыгравшемся сражении, поскольку он на протяжении всей битвы оставался в Дублине, тогда как командовал войском Дублина его брат Дубгалл. Вероятно, заморские викинги под началом Сигурда и Бродира занимали левый фланг с целью защитить корабли, тогда как дублинский отряд – правый, поближе к мосту, тем временем Маэльмурда расположился на господствующей высоте в центре. Установление диспозиции войск Бриана еще более сложная задача. Нам известно, что правый фланг им обеспечивала река Лиффи, а левый – протекающая параллельно река Толка. "Ньялова сага" сообщает нам, что верховый король, достигший к тому времени возраста 73 лет, "не желал обнажать меча в страстную пятницу, а потому его окружили воины валом из щитов, а перед ним построилась и вся его армия". Следовательно, командовал Мурхад вместе с кузеном Коненгом и 15-летним сыном Тойрделбахом. Автор саги утверждает, что присутствовал и самый младший из сыновей Бриана, Тагд. Написанная в XII столетии "Война гэдилов с гайллами", где сказано, что Бриан молился в шатре в лесу Томар, описывает ирландские порядки как очень плотное построение, говоря, что "запряженная четверкой в ряд колесница могла бы проехать по их головам, так близко стояли они один к другому", однако упоминает об отдельных "баталиях" (battal), или отрядах, и о трех линиях.

"Армии столкнулись, и разгорелась жаркая битва", – повествует "Ньялова сага". В центре Маэльмурда устремился вниз с холма и глубоко врубился в порядки Мурхада, однако дела у союзников-викингов на флангах пошли не так благоприятно. После ожесточенного боя численное превосходство Мурхада, несмотря на уход людей из Мида, стало сказываться на ходе сражения. Воины из Ленстера, слишком углубившиеся во вражеский строй, причем без поддержки, были отброшены в беспорядке, как и викинги. Дублинский отряд на правом крыле стал откатываться к городу, однако преследователи наседали им на пятки, так что всего 20 чел., а согласно другой версии и того меньше – только девять, смогли добраться до крепости. Левое крыло викингов собралось, и отряды из Ленстера попятились, отступая к нему, но к тому моменту викинги очутились в почти полном окружении, охваченные слева и справа победоносными солдатами Мурхада из Манстера. Не оставалось никакого выхода, кроме как отступать к морю, однако и там почти не предоставлялось шансов на спасение, поскольку из-за прилива ладьи викингов оказались на очень большом расстоянии, покрыть которое было бы под силу только очень хорошим пловцам. Потому неизбежно очень многие нашли смерть в воде на пути к спасительным, но слишком далеким кораблям.

Между тем, несмотря на то что прошло уже 12 часов, как началась битва, сражение еще не завершилось. В отчаянии некоторые из викингов – и среди них Бродир – сумели прорубиться через ряды армии Мурхада и достигли лагеря короля, расположенного в тылу у ирландцев. "Ньялова сага" детализирует события:

Бродир увидел, что войско короля Бриана преследует бегущих... и что лишь немногие мужи остались с ним, чтобы прикрывать государя стеной из щитов. Он проложил себе путь через лес и прорубился через заслоны к королю. Юный Тагд простер руку, дабы защитить Бриана, но меч отсек ее и голову короля... Затем Бродир воскликнул: "Пусть же все знают, что Бродир срубил Бриана".

Однако ему недолго пришлось праздновать триумф, поскольку телохранители верховного короля окружили отряд и взяли в плен всех викингов, которых затем предали смерти.

Автор "Войны гэдилов с гайллами" приводит данные о потерях викингов и их союзников из Ленстера: 2500 чел. у скандинавов и 3100 у ирландцев – итого 5600 чел. В других источниках говорится где о 6000 чел. всего, а где о 6000 "иностранцев"; самые высокие данные в "Лебар Оирис", где называется цифра 6700 убитых викингов и 1100 ленстерцев, тогда как часто говорится, что урон у викингов составил не меньше 3000 чел., включая 1000 бойцов в кольчугах, которыми, по всей видимости, командовал Бродир. Вдобавок ко всему едва ли не все предводители погибли, включая эрла Сигурда, Бродира, Дубгалла и Маэльмурду: утверждается, что ни один из викингов высокого ранга, вышедших на поле битвы в тот день, не остался в живых. Однако победу ирландцев можно назвать до известной степени пирровой – мало того что пал сам верховный король, но судьбу его разделили Мурхад (он скончался на заре следующего утра от смертельной раны), внук Тойрделбах, который утонул во время преследования, а также и племянник Коненг. По меньшей мере еще семь других королей и 1600 нобилей нашли смерть в тот день. В одном источнике сумма потерь воинов из Манстера и Коннахта составляет всего 4000 чел.

Несмотря на большую ее значимость со многих точек зрения, битва при Клонтарфе не являлась решающей настолько, насколько мы привыкли думать. Она не поставила точку во власти скандинавских выходцев в Ирландии, которая начала убывать уже с середины X столетия, и король Сигтрюгг продолжал править в Дублине на протяжении следующих 20 лет. Однако, если не считать отдельных пиратских рейдов (как кампания Магнуса Голоногого [имеется в виду норвежский король Магнус III, прозванный так из-за ношения килта; в 1103 г. он погиб в Ирландии. – Прим. пер.]), пройдет еще полтора столетия, прежде чем скандинавская армия ступит на ирландскую землю.

Продолжение статьи читайте в следующих выпусках.

Другие статьи по теме

05.11

0 114

Рождественские традиции Норвегии

Рождественские традиции Норвегии

Практически вся Европа замирает в преддверии Рождества.…

28.11

0 90

Без водителя!

Без водителя!

В Норвегии началась эксплуатация беспилотных грузовиков.

26.10

0 725

Практика хюгге на выходных

Практика хюгге на выходных

​Ну вот и пятница, впереди выходные! Время расслабиться,…

18.10

0 448

WC чемпионат в Финляндии, что?!

WC чемпионат в Финляндии, что?!

​Вот от кого так только не от финнов ожидаешь изобретательности…

комментарии

Станьте первым!

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь для комментирования!