id104558743337594900234
Димирест Аэра

Норвегия. Сказка 2: Фоссегрим и жадный барон

0 1168 3

Это случилось уже намного позже. К тому моменту Матушка Норвегия из маленького ангела превратилась в высокую, статную, величественную и при этом скромную и отзывчивую девушку, да и ангелом осталась. А доброте и мудрости её не было предела.

Время шло. Сказку населили разные существа: как добрые, так и злые. Матушка Норвегия любила всех. Любила тепло и нежно, как только настоящий ангел способен любить.

И жил в сказке Фоссегрим – высокий широкоплечий красавец, который невероятно играл на скрипке и, конечно же, мог научить любого смельчака. Многие этим пользовались. По разным причинам. Кто-то ленился учиться сам, кто-то хотел сразу результатов, кто-то сомневался в своих силах, кто-то видел в этом единственную возможность научиться играть. Фоссегрим учил всех и никому не отказывал.

О способностях Фоссегрима знали не только в Норвегии, но и во многих странах как Европы, так и Азии, и Америки. То есть, практически во всем мире. Знали люди и то, что Фоссегрим учит отнюдь не бесплатно.

А наша история случилась по сегодняшним меркам давно.

Жил в Швеции барон по имени Бренмер. Был он богатый и умный, да только жадный и скупой: ни с кем не поделится, да ещё и отберёт.

А уж что до прихотей барона, то тут он не знал меры. Ему и фарфор китайский подавай, и шелка восточные, и яства самые что ни на есть дорогие и изысканные. Не думал этот барон ни о чём, кроме прихотей своих. Только и слышно было, что “Хочу” да “Подавайте”.

И вот однажды захотелось этому барону стать музыкантом. Да не просто музыкантом, а спиллеманом, то есть настоящим норвежским скрипачом. Ну уж очень он был падок до всяких диковинных штучек.

Только хотел он быстрого результата. Не хватало ему терпения. Нужно было ему, чтобы раз - и готово. Вот собрал он своих советников и стал расспрашивать, что да как. Час прошёл, другой тоже промелькнул незаметно, а ответа вразумительного всё никак барон не получал. Все только руками разводили, а сказать ничего не могли.

И вот один из них, молчавший всё время до этого момента, резко встал и сказал:

- Я знаю! Нужен вам Фоссегрим, что в Норвегии живёт. Он учитель непревзойдённый. За один день научит он вас играть! Да так, что будут замирать водопады и пускаться в пляс деревья.

Барон задумчиво поскрёб затылок. Идея казалась ему заманчивой.

- За один день значит, - сказал барон. - Что ж, надо отправить за ним гонцов.

- Но Фоссегрим не учит играть бесплатно. И он очень дорого берёт.

- Вздор! Меня-то он должен бесплатно научить. Я же барон, а не крестьянин. Должно же у него быть хоть какое-то уважение.

- Поступайте, как знаете...

В сказке всё шло своим чередом. Все герои выбрались на природу. Хулдры Вальдборг и Хельга бегали друг за дружкой, пытаясь ухватить друг друга за хвост; семья горных троллей играли в прятки; два лесных тролля - Кнут и Тургрим - соревновались в вырезании фигурок из дерева; Грим (или Братец Грим, как Фоссегрим его называл) соревновался с Ноком в запускании “блинчиков”; хулдреман Виглаф играл на гитаре вместе с играющим на скрипке Фоссегримом, сидя на расстеленном на траве шерстяном пледе вместе с Матушкой Норвегией. Лето было в самом разгаре. Солнце светило ярко, всё поле было усыпано цветами. Фоссегрим сделал Матушке Норвегии венок, и теперь он лежал на её пышных русых кудрях, и она пела, наполняя Бьёльстадский лес своим чудесным голосом. Всем было хорошо и весело. Лёгкий ветерок гулял по полю, придавая дню особую свежесть, разнося запах водопада, доступный только истинному ценителю природы.

Время пролетело незаметно. Вот уже и солнце склонялось за горизонт, и все медленно расходились по домам. Ночь пока не предвещала никаких “сюрпризов”.

Однако всё оказалось не так прекрасно. Среди ночи Матушка Норвегия проснулась от чьего-то крика. То был Фоссегрим. “Он никогда так не кричал, - подумала она - Неужели с ним что-то случилось?!”

Наспех одевшись, она выбежала из домика и направилась к водопаду, где жил Фоссегрим. Бежать было недалеко, но из-за перерезанных на войне связок на ногах, ей было очень больно. Связки никак не хотели срастаться нормально. Плюс её большие тяжёлые простреленные крылья, которые всё никак не заживали и болели и которые уже не могли поднять её, потому как ей было больно ими даже шевелить, не то что летать.

- Фоссегрим!

Никакого ответа.

- Фоссегрим!!!

Снова тишина. Только водопад шумел. Фоссегрим бы непременно услышал её даже сквозь самый крепкий сон и шум водопада. Слух у него отменный.

- Фоссегрим! Где же ты?!

Снова молчание.

- Фоссегрим, отзовись!

И снова никто не ответил. Матушка Норвегия начала уже волноваться. Фоссегрим всегда отвечал ей. К тому же он любил ночью на скрипке поиграть, так что совсем крепко он спать ещё не мог. Матушка Норвегия пробежала вниз по реке. Чуть ниже жил Нок (Фоссегрим ещё называл его Братец Нок). Он тоже имел чуткий слух, да и спал чутко.

- Нок!

Нок отозвался быстро. Он всплыл и подплыл к берегу. Вид у него, конечно, был заспанный, но поскольку его звала Матушка Норвегия, он не мог проигнорировать её.

- Матушка? Что случилось?

- Фоссегрим пропал. Ты не знаешь, что с ним?

Нок знал.

- Его похитили.

- Что?!

- Его украли какие-то люди в чёрном. Даже в тёмно-сером. Они связали его и положили в повозку.

- Ты не знаешь, куда его повезли?

- К шведской границе.

Больше Матушка Норвегия не спрашивала. Она всё поняла. Только один человек мог похитить Фоссегрима. Это был барон Бренмер. Только он мог сделать это.

Через минуту об этом знали все. И все собрались в доме у Матушки Норвегии.

- Это возмутительно! Он что не мог утра дождаться?! - Грим от злости стучал кулаком по столу.

- Как он мог?! Фоссегрима! Нашего главного музыканта и моего лучшего друга! - хулдреман Виглаф кричал так, что все смотрели на него с подозрением. Никто не знал, что он умеет так громко кричать.

- Это преступление! Возмутительно! Произвол! - хулдры наперебой пытались каждая высказать свою точку зрения.

В общем, каждый пытался что-то сказать. Фоссегрим пользовался в сказке большой популярностью. В итоге всё дошло до того, что более-менее конструктивное высказывание своей точки зрения каждым переросло в общий гвалт и в этой какофонии нельзя было разобрать ничьего голоса. Неизвестно, сколько бы всё это продолжалось, если бы не Матушка Норвегия.

- Тише. Я знаю, сейчас у всех крик души просится наружу. Но если мы не будем сохранять спокойствие, Фоссегрим просидит у барона дольше. Давайте каждый по очереди скажет то, что он думает.

- Матушка, ты, как всегда, права. Но нужно ведь разработать план, и подумать, как мы доберёмся до Швеции, - Грим сразу перешёл к насущному. - К тому же, нужно понимать, как мы справимся с охраной и найдём нашего друга.

Все с сочувствием посмотрели на Матушку Норвегию. Лететь не было вариантом. Без крыльев она не сможет подняться в воздух, и уж тем более поднять всех, потому что спасти Фоссегрима хотел каждый.

- Я знаю, наверное, что можно сделать, - сказала хулдра Хельга, - ну, чтобы добраться хотя бы до границы. Можно попросить людей с повозками, которые направляются к границе. А в Швеции должны нам помочь.

- Хельга, солнышко, это замечательно. Я знаю, кто мне поможет. Вернее, нам.

Все дружно закивали. Все сказочные существа могли абсолютно беспрепятственно пересекать границы государств.

- Что ж, тогда не будем медлить. Раньше выйдем, раньше спасём Фоссегрима. Девочки, сходите в кладовую, возьмите немного фруктов, овощей и воды. Там стоит корзина, сложите всё в неё.

- Хорошо, Матушка! - и хулдры убежали в кладовку.

- Ты, Виглаф, возьми карту, компас и мой бинокль. Они на комоде в гостиной.

- Да, Матушка.

- Грим, Нок, Кнут, Тургрим, возьмите верёвки, пару резаков и что-нибудь ещё. Всё в мастерской.

- Будет сделано!

- Харальд, Сельма, возьмите запасные свечи для фонаря и огниво с кремнём. Всё на каминной полке также в гостиной.

- Без проблем!

Сама Матушка Норвегия пошла в тронный зал. Так она называла большую уютную комнату, где стоял её трон и где происходили все церемонии. Туда же приходили дети. Там была потайная дверь, за которой находилась сокровищница Матушки Норвегии. Там держала она не только серебро, золото, жемчуг, янтарь или деньги, но и самое главное своё сокровище - серебряную воду в маленьких серебряных бутыльках с пробкой. Серебряная вода имела поистине чудесное действие и была способна поднять на ноги обессиленных, залечить раны и просто помочь любому, кому попадёт в рот или на кожу хоть капелька. Матушка Норвегия всегда брала с собой её и всегда угадывала.

Через пару минут все были готовы отправляться в путь. Матушка Норвегия хлопнула в ладоши, и свет в домике погас. Она улыбнулась. Все вышли, Матушка Норвегия закрыла домик, и вся компания отправилась к дороге. Матушка Норвегия посмотрела на часы. Время рассвета. Она снова улыбнулась, вдохнула терпкий аромат ночи - запах леса, травы и цветов - и ударила своим посохом о землю. На горизонте медленно начало подниматься солнце. Вся компания двинулась в путь.

А вот Фоссегриму было несладко. Двое людей приволокли его к барону. Тот сидел на своём стуле. В его глазах читалось презрение.

 Итак, мне кажется, ты понял, зачем ты здесь.

 Зачем? Что Вам от меня нужно?

Бренмер вздохнул и закатил глаза. “Какой же ты тупой” - подумал он. А сам вынул свою скрипку и сказал:

 Теперь понял?

Фоссегрим усмехнулся:

 То есть Вы хотите научиться играть? Что ж, я недёшево беру.

 Ты? Речной мальчишка, который возомнил себя величайшим мастером смычка? И ты ещё смеешь просить за обучение плату?

 Хорошо, - сказал Фоссегрим. - То есть Вы не верите в то, что я могу научить вас играть так, что будут замирать водопады и пускаться в пляс деревья? Вы не верите в то, что я могу наделить Вашу скрипку такой силой, которая Вам и не снилась? Разве не как учителя Вы силой привели меня сюда?

 Как учителя. Но не за деньги. Так учи.

 Я не беру денег. Плата другая. Вы прекрасно знаете, что получает любой деревенский скрипач. За уроки я прошу ровно столько же.

Но барон не отступался. Знал он, конечно, что получают деревенские скрипачи, только жадный он был, вот и не хотел платить.

 Не-е, так учи. Быстрее научишь, быстрее отправишься домой.

 Я не могу Вас обучать без платы.

 Или научишь, или я разобью твою скрипку.

Фоссегрим напрягся. Его скрипка - самое дорогое после Матушки Норвегии. Эту скрипку сделал он сам из осколка корабля, что затонул в Осло-фьорде. Струны сделал из лунного света и воды, смычок - из мачты того же корабля и конского волоса; сам вырезал на своей красавице узоры, сам инкрустировал её перламутром и серебром, сам расписал её и сам покрыл её лаком.

Скрипка в руках у Фоссегрима подрагивала, словно слышала весь разговор. Хотя, она действительно всё слышала. Скрипка (вообще хардингфеле (или хардангерфеле), но это слово не всем знакомо. К тому же она тоже из семейства струнно-смычковых и её можно называть скрипкой) у Фоссегрима была живой. Сама Матушка вдохнула в неё жизнь, впустила в неё частичку себя; а потому и звучала красавица хардингфеле так, что замирали водопады и пускались в пляс деревья. Голос скрипки был похож на голос девушки, а вместе с прекрасным инструментом Фоссегрим обрёл способность обучать игре на скрипке. Скрипка его была всегда с ним. И Фоссегрим не хотел терять её.

 Ах да, - сказал барон, - я не только скрипку твою разобью, но и тебя отправлю в мир иной. Так что, научишь?

Фоссегрим вздрогнул. Он не хотел умирать. Он хотел жить, дышать и наполнять водопад звучанием, а вернее, голосом своей прекрасной скрипки. Он вздохнул:

 Хорошо. Я надеюсь, вы не боитесь боли.

 Боли? Ты о чём?

 Есть только один способ научить вас играть. Это очень больно. Но оно того стоит.

 Ой, да делай что хочешь. Научи уже.

 Хорошо, давайте руку.

Фоссегрим взял барона за руку, в которой он держал смычок и стал водить ею по струнам. Вскоре у барона потекла кровь. Потекла сильно. Фоссегрим отпустил его и велел ему играть. Барон заиграл, пока Фоссегрим не велел ему остановиться. Кровь остановилась, а руку барона “украсил” ветвистый шрам от локтя до кончиков пальцев.

 Ты... ты ч-что со мной сделал?

 Научил вас играть, как вы и просили.

 Ты понимаешь вообще, что ты сделал?! Стража! Схватите его и киньте в темницу. Пусть там над своим поведением подумает. И скрипку свою забери!

Двое стражников схватили Фоссегрима и потащили его в темницу, где и оставили.

 Сиди здесь, речной мальчишка. Ничего ты не получишь: ни еды, ни воды!

Фоссегрим прижал свою скрипку к себе. Она дрожала. Он попытался её успокоить. Скрипка действительно была живой. Она заплакала. Фоссегрим стал гладить её, нежно перебирать её струны; а она плакала.

Ты сейчас спросишь меня: “Аэра, разве скрипка может плакать?” Отвечу: “Может, дружок. Даже твоя. Особенно, когда ты плохо о ней говоришь. Скрипка привязывается к своему хозяину. И любит его так же сильно, как ребёнок своих родителей. Если ты будешь относиться к ней с любовью, если ты будешь нежно её оберегать и никогда не позволишь ни себе, ни кому-либо сказать о ней что-либо нелестное, она ответит тебе искренней преданностью и в ней проснётся такая сила, которая тебе даже не снилась. Каждый скрипач - волшебник.”

Фоссегрим прижал скрипку к себе ещё крепче. Чтобы она почувствовала его тепло, услышала, как бьётся его сердце и снова стал гладить её. Скрипка дрожала. Дрожала так, что колебались струны. И в их колебаниях отчётливо слышались слова:

 Фоссегрим, мне страшно.

 Мне тоже, солнце. Но я сделаю всё, чтобы защитить тебя. Ты - мой друг, а я друзей не бросаю.

 Спасибо, Фоссегрим. Я тоже тебя не брошу.

Фоссегрим улыбнулся.

 Слушай, я хочу сказать тебе кое-что, в чём пока стесняюсь признаться адресанту.

 Я слушаю тебя.

 Понимаешь... Матушка... она... она мне... она мне нравится. Очень нравится.

 Ты, похоже, ей тоже. - улыбнулась скрипка.

 Ты думаешь?

 Я знаю.

Шло время. Секунды сменялись минутами, минуты - часами. Фоссегрима не кормили. И воды ему тоже не давали. Он ослаб и слабел с каждой минутой всё более.

В это время наши герои во главе с Матушкой Норвегией добрались до просёлочной дороги, где было много людей, направляющихся к границе. Герои давно почти опустошили корзину с провизией, и только маленький серебряный кувшинчик с водой, который Матушка Норвегия держала за пазухой, у самого сердца, оставался нетронутым.

Немного времени прошло, когда показалась большая повозка, доверху набитая сеном. Увидев нашу процессию во главе с красавицей Матушкой, человек остановился.

 Утро доброе, Матушка, - сказал человек и поцеловал ей руку, - что случилось, что в такую рань ты направляешься так далеко?

 О, мы вышли намного раньше. Я уже на пути солнышко подняла, - Матушка Норвегия улыбнулась. - Ты путь к границе держишь, не так ли?

 Да... Неужели и ты?

 Все мы.

 Что случилось? Может я могу чем-то помочь?

 Ты ведь Кристофер?

 Он самый. Кристофер Ингве Ларсен.

 Кристофер, я думаю, ты знаешь, кто такой Фоссегрим. И, помнится мне, не понаслышке.

 Конечно, - усмехнулся Кристофер. - Рикард теперь так играет! А то его прошлый учитель говорил всё время “нет слуха” да “бездарь”. Как же! А что с Фоссегримом?

 Фоссегрима похитили, а добраться до границы весьма и весьма трудно. Не мог бы ты нам помочь?

 С превеликим удовольствием.

Кристофер помог забраться в повозку героям, а потом бойко крикнул своей лошади “Но!” и вся компания двинулась в путь.

Солнце было уже в зените, когда путники добрались до шведской границы. Кристофер остановил повозку и помог выбраться каждому. Матушка Норвегия подошла к нему и сказала:

 Спасибо тебе, Кристофер. Чем мы можем отблагодарить тебя?

 Что ты, Матушка! Я сейчас был удостоен такой чести, о которой и мечтать не смею. Это я должен тебя благодарить. Я ж твой вечный должник теперь.

 Нет, - улыбнулась Матушка Норвегия. - Ты нам помог всё-таки. А уж я в долгу не останусь. Так чем мы можем помочь тебе?

 Матушка, я премного благодарен тебе за доброту твою. Только сейчас мне правда ничего не нужно. Могу я позвать тебя, когда мне будет нужна твоя помощь?

 Да, конечно. Береги себя.

 И вы все тоже.

Как добирались наши герои до поместья Бренмера, история умалчивает. Да и я плохо помню. Зато могу рассказать тебе, что происходило с Фоссегримом, пока тот находился в заточении.

А было ему намного хуже, чем ты можешь себе представить. Фоссегрим слабел с каждой минутой, ведь он не получал даже воды. Его скрипка пыталась хоть как-то поддерживать в нём жизнь, но её силы было слишком мало. Жизнь Фоссегрима висела на волоске.

Что произошло потом, догадаться нетрудно, но к тому моменту Фоссегрим был уже без сознания. Он еле дышал и едва заметно подрагивал.

Скажу так, если бы не подоспевшие на помощь сказочные герои вместе с Матушкой, Фоссегрим, возможно, не выжил бы. Но всё произошло иначе.

Наши герои вошли напрямик к Бренмеру. Он хотя бы знал, что ангелам нельзя причинять вред, иначе можно навлечь на себя беду. Поэтому он - да нехотя, но всё же – пропустил компанию к Фоссегриму.

 Ох. Если вам этот жадина нужен – забирайте.

Двое стражников в тёмно-серой броне приказали героям следовать за ними. Когда все наконец дошли до темницы и стражники открыли дверь, Матушка Норвегия ахнула от ужаса: Фоссегрим лежал на спине, закованный в тяжёлые кандалы, сдавливающие руки и ноги. Жизнь едва теплилась в нём, дыхание стало поверхностным, пульс - слабым и редким. Хулдра Вальдборг подняла ему веко и осмотрела зрачки. Слава Богу они реагировали на свет, а значит Фоссегрим был жив. Вальдборг кивнула Матушке.

 Хорошо, - сказала Матушка Норвегия. - Виглаф, подними ему голову, только не резко. И снимите с него кандалы.

Горный тролль Харальд схватил тяжёлое чугунное кольцо и одним движением разогнул его. То же самое он проделал со всеми остальными.

Когда с Фоссегрима сняли кандалы, хулдреман Виглаф аккуратно приподнял Фоссегриму голову. Матушка Норвегия стала осторожно капать ему на губы серебряной водой. Эта скляночка была отнюдь не новой, а потому и вода была очень сильной, сразу много давать было нельзя. Но с каждой каплей Фоссегрим оживал всё больше и больше. Вот уже вернулся юношеский румянец, вот и дыхание выровнялось, и пульс вернулся в привычный ритм. Фоссегрим уже просто спал, только пока что очень крепко, но уже можно было дать ему воды не по каплям, а полноценным глотком.

Бульк...

Первый глоток превратил крепкий сон в полудрёму.

Бульк...

Второй глоток, и Фоссегрим сонно открыл глаза. Пока что перед его взором всё плыло, но он уже мог сидеть сам.

Бульк...

С третьим глотком Фоссегрим ожил. Силы возвращались к нему со скоростью света, пока Матушка Норвегия обрабатывала ему раны на руках и ногах оставшейся серебряной водой. Вдруг она, подняв густые чёрные ресницы, встретилась взглядом с красавцем Фоссегримом. Он долго смотрел на неё, не в силах оторваться, словно утонул в прекрасных, лучистых, ясных голубых глазах Матушки Норвегии. Она улыбнулась и в её глазах мелькнула искра. Фоссегрим погладил Матушку Норвегию по щеке.

 Спасибо тебе, - только и смог выдохнуть он.

 Не за что, Фоссегрим, - прошептала она.

Мне кажется, не стоит морочить тебе голову, мой милый читатель, и утомлять тебя долгим рассказом о том, как наши герои добирались домой. Расскажу-ка я тебе, что случилось после этих событий.

Через несколько дней от похищения Фоссегрима остались лишь воспоминания. И то не все. Только сам Фоссегрим не находил себе места. Ходил задумчивый, молчаливый.

 Слышь, дружище, - окликнул как-то Фоссегрима его лучший друг хулдреман Виглаф. - Не хочешь сегодня на скир ко мне заглянуть? А то, смотрю, ты что-то раскис.

 О, давай! Спасибо, Виглаф.

 Да без проблем, Фоссегрим! Давай прям сейчас, чего тянуть.

Минут через десять они оба сидели в доме у Виглафа и пили свой любимый напиток.

 Ты вот что мне скажи, друг Фоссегрим, - начал Виглаф, лихо опрокинув вторую порцию скира. - Ты чего такой странный в последнее время ходишь? Всё в порядке?

 В порядке?! Ты шутишь? Я влюбился.

 Влюбился? Ну ты, дружище, даёшь! Не в Вальдборг, надеюсь? А то я её уже занял.

 Ишь, шустрый, - хмыкнул Фоссегрим. - Низковато целишься. Я влюбился в НЕЁ.

 В кого в НЕЁ?

 Ты знаешь, о ком я.

 Сельма? Так она вообще замужем.

 Я не размер имел в виду.

 Так она же из рода троллей.

 Я похож на тролля? Дружище, не размерами, а рангами всё мерить надобно.

 Рангами? Только не...

 Угу. Именно в неё.

 Так она же ангел. И потом, она сильно рангом тебя выше. Ты только каким-то чудом умудрился выше неё ростом вымахать. Сколько ты сейчас?

 Метр девяносто. Она - метр восемьдесят пять и всего на триста лет меня старше. А потом, она всё же девушка.

 Я б на твоём месте подумал.

 Чего тут думать? - Фоссегрим вытряс остатки скира себе в рот и налил ещё. - Она защищает нас, а кто защитит её? Ты должен понимать, что хоть она и такая сильная, а всё же устаёт. А устаёт потому, что кроме Ниссе ей никто не помогает. На ней всё. Абсолютно. Начиная от обязанностей правителя и организации церемоний и заканчивая сменой времён года и времени суток. К тому же, крылья у неё так и не зажили. А значит ей раз в сто тяжелее.

 Ты правда её любишь?

 Угу, - сказал Фоссегрим, глотая скир.

 Так скажи ей. Я тебе как друг говорю, скажи ей сейчас, потом может быть поздно. Ты ж вроде романтик.

 Романтик, - выдохнул Фоссегрим.

На следующий день Фоссегрим был при полном параде. Темно-синие брюки со стрелками, идеально белая рубашка, его неизменная бархатная чёрная бабочка, тёмно-синий двубортный пиджак с серебряными пуговицами, чёрные туфли. Его тёмно-каштановые волосы были идеально уложены, придавая ему вид ещё большего франта в сочетании с тремя белыми розами, которые Фоссегрим собирался подарить Матушке Норвегии.

Она как раз принимала в тронном зале детей. Те обязательно старались взять её за руку, причём некоторые даже соревновались, кто сделает это нежнее и приятнее. На спинке трона восседал её филин по кличке Юхан, а на бархатной подушке на специальном “троне” важно и вальяжно лежал её пушистый любимец кот Стивар. Матушка Норвегия сама была одета в красный хардангерский бюнад, её ножки в белых чулках изящно обрамляли чёрные туфельки, а на её густых русых волосах, уложенных красивыми волнами, лежала серебряная корона. Каждый её палец, кроме безымянного на правой руке, украшало серебряное кольцо. Некоторые были инкрустированы перламутром, некоторые были причудливой формы, а в некоторые был вставлен янтарь или горный хрусталь. В правой руке она держала свой посох, благодаря чему она выглядела ещё величественнее. Но за всей этой величественностью была доброта, мудрость, любовь и ласка. Вот такая была Матушка Норвегия: вечно юная, вечно добрая, вечно любящая, вечно любимая.

Когда волна детей наконец отхлынула, Матушка Норвегия не стала сразу уходить. Задумчивая, она сидела на троне и поглаживала своего кота.

 Что думаешь, Стивар, у меня получается?

 Несомненно, - вдруг раздался голос откуда-то сбоку. То был Фоссегрим. Его голос был низким, бархатным и очень красивым. - Смею ли я просить у тебя аудиенции, милая Матушка?

 Что ж, прошу, - сказала Матушка Норвегия и по-девичьи изящным движением руки пригласила Фоссегрима подойти чуть ближе. - Итак. Что случилось, Фоссегрим?

 Ты, Матушка. Я влюблён в тебя. Влюблён без памяти, - Фоссегрим встал на одно колено. - И хотел бы знать: взаимны ли мои чувства? Любишь ли ты меня? Останется ли моё сердце таким, какое оно сейчас? - и Фоссегрим протянул Матушке Норвегии три белые розы.

Матушка Норвегия улыбнулась. Её глаза наполнились слезами, а доброе сердце запело от счастья. Она смахнула уже начавшую свой путь слезу и выдохнула:

 Да, - и протянула руку.

 Позволь обнять тебя, Матушка. Позволь прижать тебя к сердцу. О, как же я счастлив! Спасибо тебе, милая Матушка, спасибо тебе.

 Знаешь, а ты мне с самого начала нравился. Мы ведь с тобой давно дружим. А в последнее время это перестало быть похоже на дружбу. Я тебя очень полюбила, но боялась тебе это сказать.

 Имеешь право. Кем бы ты ни была, ты - настоящий ангел. Но ты же и девушка. А значит можешь забывать иногда, чего-то бояться. Когда я рядом, ты можешь быть просто девушкой. Иногда даже немного рассеянной, слабой. Я всегда буду рядом, чтобы защитить тебя. А ты просто доверься мне.

Они снова обнялись. Матушка Норвегия плакала, уткнувшись Фоссегриму в плечо. А он просто нежно держал её, гладил её волосы, давая ей понять, что на него можно рассчитывать.

Комментарии
Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь для комментирования!

Станьте первым!