id104558743337594900234
Димирест Аэра

Норвегия. Сказка 3: Оленья упряжка

0 576 2

Эта история случилось через год после вышеописанных событий. Фоссегрим теперь всегда был подле Матушки Норвегии, оберегая и поддерживая её. Матушка Норвегия доверяла ему практически всё.

Однажды, прогуливаясь по Бьёльстадскому лесу, Матушка Норвегия услышала чей-то слабый стон. Не в силах отказать незнакомцу в помощи, она быстрым шагом направилась к опушке леса, откуда исходил стон. Звук делался всё громче, но это лишь потому, что она приближалась к источнику этого странного звука.

Выйдя на опушку, она увидела маленького оленёнка. Он был ранен и, казалось, жизнь медленно покидала его.

 О, малыш, что случилось? - Матушка Норвегия нагнулась к оленёнку. Тот не отвечал.

Она стала обрабатывать ему раны. От серебряной воды они заживали буквально на глазах. Оленёнок с благодарностью посмотрел на Матушку Норвегию, а она улыбнулась и положила свою мягкую руку на него и закрыла глаза. Но стоило ей это сделать, как она увидела жуткое зрелище. Не буду описывать подробности.

 Малыш, как же ты без родителей-то? - лучистые глаза Матушки Норвегии наполнились слезами. - Сможешь встать?

Оленёнок не просто встал, но вскочил и запрыгал вокруг Матушки Норвегии. Её глаза были всё ещё полны слёз, но теперь она и улыбалась. Тогда она сделала знак оленёнку, чтобы тот шёл с ней, и направилась к дому.

Дома она накормила оленёнка и сказала:

 Милый мой, оставайся пока у меня. Когда вырастешь, окрепнешь, я тебя отпущу на волю. А здесь ты будешь в безопасности.

Оленёнок кивнул и дал Матушке Норвегии себя погладить. Она тепло ему улыбнулась и провела своей нежной рукой по его коротенькой шёрстке.

 Малыш, у тебя ведь нет даже имени. Знаю! Я назову тебя Хоконом. Да. Как тебе?

Оленёнок радостно запрыгал. Похоже, имя ему нравилось. Матушка Норвегия принесла небольшой красный бархатный ошейник с серебряными бубенцами, на котором было вышито его имя и мягко надела его на шею Хокону. Тот снова запрыгал, наслаждаясь звоном бубенцов.

Время шло. Дни сменялись ночами, ночи - днями. Шли недели, месяцы, годы. Хокон из маленького беззащитного оленёнка превратился во взрослого сильного оленя. Пришло время отпускать его на волю. Матушка не без слёз вывела его из своего дома и сказала:

 Хокон, мальчик мой, я очень тебя полюбила, но твой дом - лес, и я не могу держать тебя всё время в неволе...

И вдруг случилось чудо. Хокон подошёл ближе к Матушке Норвегии, дал себя приласкать, а потом заговорил человечьим языком:

 Матушка, да, мой настоящий дом - лес, но я не хочу покидать тебя. Ты дала мне жизнь! О, я никогда не забуду твоей доброты! Ты меня выкормила, ты спасла мне жизнь и сделала для меня то, о чём я и просить не смею. Разве после этого я смею просто уйти от тебя? Нет! Я останусь с тобой. О да, я буду возить тебя, я готов стать частью твоей упряжки, только не выгоняй меня. Я хочу быть с тобой, хочу помогать тебе, - на этих словах Хокон снова дал себя приласкать. - Пожалуйста, милая Матушка, оставь меня у себя!

 Хокон, у меня нет упряжки. Но хорошо оставайся. Я, честно, тоже не хочу, чтобы ты уходил.

Хокон опустился на колени и сказал:

 Матушка, хочешь покажу, чем ты меня наделила?

 Давай...

Матушка Норвегия дрогнула рукой, в которой она держала посох. Тот, превратившись в прекрасный серебряный браслет, обвил её руку. Матушка Норвегия по-девичьи села Хокону на спину и мягко обхватила руками его ветвистые рога. Тот поднялся и помчался вперёд.

 Готова?

 Хокон, ты о чём?

 Матушка, ты готова?

 Допустим.

Хокон оттолкнулся, и стал подниматься в небо. Всё выше, и выше, и выше. Матушка Норвегия, всё еще держась за рога Хокона, сменила позу, а потом раскрыла руки и залилась смехом. Он зазвенел словно колокольчик. Словно изумительно искусно сделанный серебряный колокольчик. Ветер развевал её густые длинные русые кудри, ласкал её лицо, а она всё смеялась.

Хокон пронёс её над всем Бьёльстадским лесом, покружил над фьордами, а потом мягко опустился с ней на землю прямо перед её домом. Посох вновь вернулся к Матушке Норвегии, а Хокон поднялся с колен и снова дал себя приласкать. Ласку он любил.

Как раз в это время Фоссегрим гулял рядом со своим водопадом. Водопад находился прямо перед домом Матушки Норвегии. Как всегда, его прекрасная скрипка была с ним. Увидев Матушку Норвегию, он обрадовался, подбежал к ней, приласкал и её, и Хокона. Тот, зная их общий секрет, предложил им прокатиться вместе и присел. Фоссегрим сначала посадил Матушку, потом залез сам и прижал её к себе. Она посмотрела на него своими лучистыми голубыми глазами. Они были полны любви и ласки. Фоссегрим погладил Матушку Норвегию по щеке и кивнул Хокону.

Насладившись видом на прекрасные горные пейзажи с высоты птичьего полёта, Матушка Норвегия и Фоссегрим пошли пить чай. Хокон получил воды и охапку свежего сена. Морковок ему тоже дали сполна.

Прошло несколько месяцев. Хокон ещё окреп и к тому же стал встречать детей вместе с Матушкой в тронном зале. Дети с удовольствием таскали ему морковку, причём даже появилось второе негласное соревнование: кто принесёт больше морковки и не забудет про Юхана и Стивара.

Ниссе быстро пристроили к дому ещё стойло, и Хокон получил его в своё распоряжение. Теперь он мог сам решать, быть там или в доме. Естественно, все сказочные, да и дети обычных людей могли заходить и туда.

В один из дней случилось нечто неожиданное. Разговаривая с Хоконом, Матушка Норвегия услышала, как прямо к стойлу несётся стая оленей. Таких же северных оленей, как Хокон, только намного его младше. Матушка Норвегия еле успела открыть им вход, как те влетели в стойло, но спокойнее от этого не стали. Они пытались выбраться, но тяжёлые двери не поддавались.

Матушка Норвегия улыбнулась и подняла руку, чтобы их успокоить:

 Тише, тише. Всё хорошо, милые мои. Вы в безопасности, я не причиню вам вреда.

Олени постепенно успокоились и даже каждый дал Матушке себя приласкать. Хокон не завидовал. Он ведь знал, что она не обделит его любовью. Матушка Норвегия слегка ударила посохом о землю и сказала:

 Милые мои, я бы, конечно, вас и без волшебства поняла, но не хотелось бы ставить вас в неравные условия. Что случилось? Может, я чем помочь могу?

Один из оленей выступил вперёд и произнёс:

 Матушка, благодарю тебя. Нас шестнадцать: я - Айнар - и мои родные: Йенс, Ингвар, Магне, Ансгард, Сверре, Карстен, Брита, Сульбьёрг, - олени выходили по очереди, услышав свои имена, - Эдит, Арве, Туре, Магнус, Эйвинн, Бьёрн и Свейн.

 Приятно познакомиться, Айнар. Это Хокон, - она представила своего оленя. - А что случилось? Ты мне так и не ответил.

 О, прошу прощения. Не мог не представить свою семью. Мы сбежали. От хозяина. Искали тебя.

 Мне, конечно, приятно, но почему?

 Наш хозяин был очень жестоким. Он нас бил, забывал кормить порой. Он часто пил и редко приходил домой трезвым. Тогда он мог сделать с нами всё, что только можно придумать. В один момент я решил спасти свою семью, и мы убежали. Хозяин долго за нами гнался, но, когда мы добрались до Бьёльстадского леса, он перестал это делать. Но мы этого не знали и продолжили бежать так быстро, как могли. Милая Матушка, помоги, прошу!

 Чем смогу - помогу. Оставайтесь пока у меня. Кстати, Айнар, ты говорил про семью. Ты отец?

 Нет. Мы росли вместе. Были как одна семья, как братья и сёстры. И сейчас так. Милая Матушка, может, нам работу какую-нибудь дашь? Мы без дела не можем.

 Ребятушки, я не знаю, какую работу могу вам дать. К тому же вам надо бы освоиться здесь. Хокон, не проведёшь экскурсию ребятам?

Хокон кивнул и стал показывать новым оленям стойло.

На следующий день Матушку Норвегию очень рано разбудил один из Ниссе. Она успела только одеться, почистить зубы, умыться, расчесать волосы и надеть тёплую одежду, как Ос велел ей закрыть глаза и стал тянуть её за подол бюнада, направляя её к стойлу с оленями. Когда они наконец пришли, Ос разрешил ей открыть глаза.

Стоило Матушке откликнуться на просьбу, как перед ней предстали во всей красе огромные резные расписные сани, украшенные серебром и перламутром. На каждом из оленей теперь был бархатный красный ошейник с бубенцами. И мало того, что все олени были приведены в порядок, так ещё и упряжка была готова. Всё, чего было нужно, это запрыгнуть в сани и взяться за поводья.

 Ло шкими Хокон иде, - сказал Ос. - Спилка да?

 О, я ком рен крам! Ти е фантаст!

 Да, Матушка. Тебе будет теперь намного проще, - сказал Хокон. - Запрыгивай.

Матушка Норвегия посмотрела на часы. Пора поднимать солнце и по-зимнему будить природу. Не посмев обидеть тружеников-Ниссе отказом, она дала им каши и молока, запрыгнула в сани и, взявшись за поводья, выдохнула и сказала:

 Хокон, Айнар, ребята, полный вперёд!

Двери стойла распахнулись сами собой. Сани, разогнавшись, взмыли ввысь.

Когда олени набрали высоту, Матушка Норвегия, всё ещё удерживая вышитые скандинавскими обережными символами и рунами поводья левой рукой, встала и ударила посохом о днище саней. На горизонте стало показываться солнце. Потом, когда до Бьёльстадского леса оставалось несколько сотен метров, попросила оленей снизиться. Пролетая над лесом, Матушка Норвегия провела рукой по верхушкам деревьев и, набрав в лёгкие побольше воздуха, дунула. Бьёльстадский лес по-зимнему ожил.

“Хм, как насчёт пушистого снежка?” - подумала она и переадресовала вопрос оленям. Те одобрительно закивали: немного волшебства нужно всем. Тогда Матушка Норвегия снова попросила оленей набрать высоту, а потом снова ударила посохом о днище саней. Тотчас же появился лёгкий снежок, который так любили дети. Он переливался в лучах солнца и казалось, что это и не снег вовсе, а волшебная пыльца, и стоит ей попасть на тебя, как ты отправишься в путешествие во времени.

Комментарии
Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь для комментирования!

Станьте первым!